Профессор, бывший министр здравоохранения Талантбек Батыралиев поделился своим мнением о роли научных медицинских центров и научно-исследовательских институтов в современном мире.
Талантбек Батыралиев — доктор медицинских наук, профессор, академик РАЕ РФ, действительный член Американского колледжа кардиологов, (MD, PhD, DSc, FACC, FSCAI, FAHA, FESC).
Приводим текст:
«31 декабря 2025 года состоялось заседание Совета по науке, инновациям и новым технологиям при председателе Кабинета министров. Председатель Кабинета Министров—руководитель Администрации президента Адылбек Касымалиев отметил значение науки и инноваций как одного из ключевых факторов устойчивого социально-экономического развития страны, технологического суверенитета и национальной безопасности. В решении Совета отмечено, что развитие науки и геологических исследований является приоритетным направлением государственной политики Кыргызской Республики. Кабинету министров рекомендовано реализовать системные меры, направленные на повышение эффективности и результативности научной деятельности, включая развитие механизмов государственного заказа; поэтапное увеличение финансирования научной сферы и рациональное использование ресурсов; модернизацию геологической науки, укрепление кадрового потенциала и материально-технической базы научных учреждений. Государственная поддержка науки растет и она должна быть эффективно использована в научной отрасли.
В связи с этим важным становится вопрос – какова роль научных медицинских центров в Кыргызстане, и насколько велики их отличия от передовых медицинских научных центров в мире?
Научные медицинские центры и НИИ играют ключевую роль в современном мире, занимаясь фундаментальными и прикладными исследованиями для создания новых знаний, разработкой инновационных методов диагностики, лечения и профилактики (ИИ, геномное редактирование, робототехника), подготовкой высококлассных специалистов и внедрением передовых технологий, что обеспечивает прогресс медицины, повышение качества жизни и решение глобальных проблем здравоохранения, от борьбы с пандемиями до персонализированной медицины. Несмотря общие закономерности становления, развития медицинской науки, мне бы хотелось больше акцентироваться о кардиологии в узком и широком смысле слова.
Первые научные центры появились в середине XX века.
В Советском союзе 11 августа 1936 г. постановлением Совета народных комиссаров СССР N 1462 больница имени первого наркома здравоохранения Н.А.Семашко была передана Всесоюзному институту экспериментальной и клинической медицины имени А.М.Горького (ВИЭМ). На базе Солодовниковской и Третьяковской богаделен, Александровской больницы и Гурьевского дома призрения бедных возник единый комплекс экспериментальной и клинической медицины. Здесь оказывали разностороннюю медицинскую помощь больным. Кроме того, у комплекса появилась новая, чрезвычайно важная задача – он должен был стать крупнейшим научным учреждением.
Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР 30 июня 1944 г. была поддержана инициатива ученых-медиков о создании в стране Академии медицинских наук. Тогда же в составе Академии были организованы первые десять клинических институтов. Среди них – Институт экспериментальной и клинической хирургии. А первым клиническим центром в вопросах терапии стал Институт терапии, который буквально через несколько лет был переименован в институт кардиологии, и после смерти своего великого руководителя стал носить его имя – академика Александра Леонидовича Мясникова (НИИ кардиологии имени А.Л.Мясникова входит сегодня в состав НМИЦ кардиологии имени Е.И.Чазова – великого ученика великого учителя). Именно Е.И.Чазову – великому кардиологу XX и XXI веков принадлежит идея формирования НИИ кардиологии в тогда союзных республиках. И каждая республика, начиная с 70х годов получила по институту кардиологии (или терапии и кардиологии), где формировались научные кадры для огромной страны, какой тогда был Советский Союз.
В 1956 году по инициативе академика Александра Николаевича Бакулева — одного из выдающихся хирургов ХХ века, в соответствии с распоряжением Совета Министров СССР на базе 1й Градской больницы был создан Институт грудной хирургии АМН СССР, которым он руководил до 1958 года. В 1958 году на пост директора был назначен профессор Алексей Андреевич Бусалов. С 1959 года по 1966 год Институт возглавлял профессор Сергей Алексеевич Колесников, при котором началось становление хирургии «открытого» сердца, врожденных и приобретенных пороков сердца. Несмотря на то, что Александр Николаевич Бакулев покинул пост директора, т.к. работал Президентом Академии медицинских наук СССР, он активно участвовал в жизни Института и фактически оставался научным руководителем этого учреждения вплоть до последних дней своей жизни.
Так исторически шло формирование научных клинических центров в единой тогда стране.
С распадом Союза и формированием независимых государств для каждого из них встал вопрос о развитии национальной науки. Но нужно понимать, что медицинская наука уже с конца XX века стала в действительности общемировой, межнациональной. Именно поэтому, те центры, которые сделали упор на самобытность и уникальность, стали отставать в развитии и росте. Только тесная международная интеграция спасала и спасает медицинское научное сообщество, которое сейчас, в последние годы опять испытывает новые сложности в связи с политической конфронтацией и сепарацией, которую политики переносят на медицину. Нужно понять и принять мысль о том, что медицина, зажатая любыми ограничениями, будет работать хуже и слабее, а медицинская наука будет выхолащиваться.
Американские (в первую очередь – частные) медицинские центры показывают на протяжении последних 50 лет образец того, как можно в одной стране интегрировать общемировые достижения. Первая коронарография случилась в Кливленд Клиник в 1958 году (за что потом врачи были удостоены Нобелевской премии по медицине), первое аорто-коронарное шунтирование распространилось в мире максимально широко тоже потому, что его выполнили в Кливленд Клиник, и Рено Фавалоро – автор операции АКШ, был аргентинским врачом, работавшим в США. Более эффективное (как показало время) маммаро-коронарное шунтирование или «операция В.И.Колесова» получило признание намного позже, только из-за значительной изоляции Советского Союза и Советской медицины от мирового сообщества.
В области кардиологии, катетерных вмешательств на сердце и сосудах, а также – сердечно-сосудистой хирургии американские общества и ассоциации, формируемые первоначально для национальных интересов, уже давно стали лидерами мирового мнения и продолжают формировать научную и практическую повестку дня в медицине всего земного шара. Созданная для защиты и развития в первую очередь практических и потом научных интересов врачей-кардиологов Американская коллегия (колледж) кардиологов (The ACC) давно принимает наиболее передовых врачей и ученых всего мира в свои ряды. Нужно сказать, что в Кыргызстане сегодня работают два ее почетных/ привилегированных члена. Образовательный ресурс этой организации поистине огромен, она формирует рекомендации для своей страны и всего мира, на своих площадках – научных сессиях ежегодно собирает десятки тысяч врачей и ученых для обмена самой свежей и актуальной информацией. Тоже самое, только со значительным уклоном в образовательные процессы для непрофессионалов делает Американская ассоциация сердца (The AHA), она вместе с Американской ассоциацией инсульта (The ASA) занимаются массовой пропагандой и агитацией среди широких масс населения мер профилактики инфаркта, инсульта, сердечной недостаточности, других важнейших проблем современной кардиологии. Совместные усилия АСС и АНА позволяют всему профессиональному кардиологическому миру получать новые сведения о заболеваниях сердца и сосудов, корректировать алгоритмы диагностики и лечения. Третьим мощнейшим столпом этих научных знаний и практических ресурсов стало Американское общество сердечно-сосудистой ангиографии и интервенций (The SCAI). Доступ в него также открыт для врачей всего мира, связанных с катетеризацией сердца, ангиографией и интервенциями/вмешательствами. Стоит тоже заметить, что в Кыргызстане с 2025 года уже присутствуют два почетных члена этой высокопрофессиональной международной команды специалистов по катетерным вмешательствам.
Эти научные и образовательные ресурсы использовались в Кыргызстане ранее, но считать степень их приложения достаточной нельзя, она оставляет желать лучшего. Советский Союз крайне мало взаимодействовал с американской медициной, несмотря на движение «врачи за мир».
Врачи мира за предотвращение ядерной войны (ВМПЯВ) (англ. International Physicians for the Prevention of Nuclear War, IPPNW) — международное движение работников здравоохранения, деятельность которого направлена на предотвращение ядерного конфликта и поощрение ядерного разоружения. Организация была основана в декабре 1980 года американским профессором кардиологии Гарвардского института общественного здоровья Бернардом Лауном и советскими докторами медицинских наук, директором Всесоюзного кардиологического научного центра АМН СССР Евгением Чазовым и академиком АМН СССР Леонидом Ильиным. За свою деятельность в 1984 году организация была отмечена премией ЮНЕСКО, а в 1985 была удостоена Нобелевской премии мира за заслуги в информировании общественности и склонении сознания человечества в пользу мира. В середине 1980-х количество членов ВМПЯВ насчитывало около 145 000 человек, а к началу 1990-х в движение входило уже около 200 000 человек из более чем 60 стран мира.
Но в научном и практическом плане обмен информацией шел достаточно слабо, только несколько ведущих ученых могли общаться с коллегами из-за рубежа. С 1991 года после формирования СНГ интеграция стран СНГ (бывших Союзных республик) в мировое медицинское пространство происходила крайне непросто. В частности, в области сердечно-сосудистых проблем интеграция с ACC, AHA, SCAI, TCT происходила на постсоветском пространстве очень слабо. Даже в РФ президент национального общества кардиологов вступил во взаимодействие с ACC только в 2012 году. Все предыдущие контакты были сформированы еще в период СССР.
Сегодня одним из ведущих мировых конгрессов по катетерной инвазивной медицине в кардиологии стал TCT (The transcatheter cardiovascular therapeutic) в США. Его основой стала группа врачей, которые работали в нескольких клиниках, но они объединились в одной научной и практической команде на базе Колумбийского университета, создав Фонд Сердечно-сосудистых исследований (CRF) как научную платформу, практической частью которой стал ТСТ. научно-практическая модель CRF/TCT строится на парадигме: Инновации-Исследования-Образование/Обучение-Улучшение исходов лечения.
Внедряйте инновации, говорит CRF:
Центр инноваций CRF Skirball направляет ранние идеи и новшества в рамках комплексных программ доклинических исследований для внедрения практических клинических методов лечения пациентов.
Исследуйте, продолжает CRF:
Центр клинических исследований CRF планирует и проводит клинические исследования, начиная с исследований, проводимых непосредственно человеком, и заканчивая крупными многоцентровыми международными испытаниями, и предоставляет экспертные, независимые качественные и количественные анализы клинических данных и данных визуализации.
Обучайте, далее произносит CRF:
Образовательный центр CRF ежегодно обучает практикующих врачей передовым методам и инновациям на более чем 50 образовательных встречах и конференциях, включая ежегодный научный симпозиум по транскатетерной сердечно-сосудистой терапии (TCT).
Эта очень удачная модель внедрена в практику Колумбийского университета, она позволяет собирать самые передовые идеи и технологии в области инвазивной кардиологии в таком мощном центре компетенций, отрабатывать их и оттачивать/шлифовать для широкого клинического применения, распространяя эти знания и навыки в дальнейшем для всего мира.
Можно приводить еще много примеров, но глобальная тенденция такова, что большинство центров медицинских знаний/компетенций формируются вокруг или на базе негосударственных/частных университетов в Америке, Европе, Азии, и они определяют дальнейшее развитие мировой медицины в настоящем и ближайшем будущем.
Наука, и в первую очередь медицинская, такова, что она не может быть Американской, Японской, Британской или Кыргызской. Наука всегда интернациональна, она может и должна быть в конкретной стране, и работать по ее законам, но формируемая повестка дня такова, что задаваемые, сознательно то или нет, узкие и неадекватно сформулированные цели для науки чреваты бедой, она может высохнуть, как исчезло Аральское море.
Можно сформулировать основные требования и задачи таких научных клинических центров:
Ключевые функции и значение:
Генерация знаний: Проводят фундаментальные исследования, углубляя понимание болезней, человеческого организма и механизмов старения, а также социальные аспекты здоровья.
Разработка инноваций: Создают и внедряют новые технологии, такие как искусственный интеллект (ИИ) в медицине, медицинская робототехника, системы доставки лекарств, 3D-биопечать и технологии редактирования генома, что преобразует здравоохранение.
Подготовка кадров: Являются центрами последипломного образования, обучая врачей новым методикам, технологиям и навыкам, повышая их квалификацию.
Клинические испытания и внедрение: Проверяют эффективность и безопасность новых лекарств, оборудования и методов лечения, обеспечивая их безопасное применение в практике, как это следует из роли науки. Научные центры, НИИ и научные лаборатории при ВУЗах должны быть способными выполнять по международным стандартам:
Государственный заказ (за бюджетные средства);
Международные заказы по договору (есть положительные примеры Кыргызско-Индийского договора о сотрудничестве, который реализуется);
Заказы известных медицинских компаний и научных медицинских фондов;
Научно-прикладные заказы компаний.
Стратегическое развитие: Формируют научную и технологическую базу для государственной политики в области здравоохранения, помогая решать текущие и будущие задачи медицины.
Информационная поддержка: Собирают и распространяют научные данные, формируют научно-информационные ресурсы, которые необходимы для принятия решений и развития медицины, отражая это на собственных сайтах.
Таким образом, НИИ и научные медицинские центры — это двигатели прогресса, обеспечивающие постоянное развитие медицины, повышение продолжительности и качества жизни людей.
Вопросам о критериях оценки НЦ/НИИ, подборе кандидатов для работы и руководства лабораториями и центрами, методах работ, а также – источниках финансирования будут посвящены следующие отдельные разделы».